Лытдыбр. Выходные.

Суббота выдалась никакой...
Ну, разве что:

• как обычно, съездил с дочерью в бассейн.


• попутно слышал по радио новую вещь Богушевича. Олеся, ты не знаешь, к слову, скоро ли будет альбом? Дочка интересовалась, про себя так я просто молчу...


• я приготовил, как обычно, вкусные обед и ужин, в процессе приехала basty


• после обеда мы имели некоторое количесто времени побеседовать за жизнь, пока дочка устраивала в Sims развлечения своим Тамагочикам.


• к 1700 приехали _tartar_ с Димкой, и мы начали добивать мою комнату обоями. К 2100 с нас валил градом пот, пиво было выпито, а обои поклеены.

Ребята, спасибо огромное всем, особенно Маринке, без которой мы бы не смогли клеить обои - ребёнок бы нас съел, а клей не доехал... ;-)

PS. Димка, всё будет хорошо. Найди силы.

Remembrance. Коломенское...

В Коломенском парке почти безветренно, и опавшие листы клёнов поднимаются в воздух лишь тогда, когда пара чокнутых, собрав их в кучу, устраивает друг другу приступ листопадной болезни. По дорожкам бродят не понимающие древней красоты иностранцы и вспоминающие о ней в такое время москвичи. Особо зоркие ловят "в цифру" натюрморты или рисуют монументальные полотна с церковью в главной роли.

За ярмаркой мёда, доживающей последние часы, единственное ветренное место. Запускают змеев, бегают на ходулях, со смехом падая с них каждые пять секунд, и качаются на деревянных ростовых качелях. Прадедушка колеса обозрения, загруженный мешками с песком, кряхтя в два мужских голоса, поднимает к небу, на высоту третьего этажа, очередную пару-тройку любопытных. Греются в зашибалочку парни, отчаявшиеся найти желающих перенять их мастерство в этой игре. Одинокий "чиж" ждёт повзрослевших мальчишек...

Перед сценой заняты почти все лавочки, словно сегодня ждут гранд-перформанс, только никто не догадывается, кто выступает. В старом музее - из посетителей всё больше богомольцы. "Надо сказать Серафиме, где Николай Мирликийский, она всё хотела свечку поставить..."

В Коломенском - Осень. Я видел её, смеющуюся девчонку со старушечьими глазами, полными мудрой печали. В платье из опавших листьев, бегущую наперегонки с ветром. Её волосы пахнут корой и мёдом, прелой листвой и холодным туманом. Она шепнула мне на ухо слова, от которых захотелось заплакать и не возвращаться в Город. "Одиночество не вечно..."